В три года он считал в уме быстрее взрослых, в пять научился играть на пианино по самоучителю, просто прочитав учебник. Мальчика звали Павел Коноплёв, советские газеты писали о нём как о надежде страны. Но чем на самом деле была его гениальность — даром или проклятием?
Слом законов развития
Павел появился на свет в Москве в 1971 году, и первое чудо случилось с ним сразу после рождения. В роддоме малыш подхватил тяжёлую инфекцию головного мозга. Врачи разводили руками и прогнозировали, что ребёнок теперь вырастет слабоумным. Каково же было удивление медиков, когда Павлик в год начал разговаривать, а в три — умножал трёхзначные числа в уме.
Мать Павла, Наталья Коноплёва, занималась прикладной физикой в научно-исследовательском институте и часто брала расчёты на дом. Однажды её сын, которому было семь лет, увидел на столе логарифмическую линейку и спросил, что это. Она коротко объяснила принцип логарифмов и привела пример: логарифм двойки по основанию 10 равен 0,301. Ребёнок кивнул и пошёл гулять.
На следующий день Павлик протянул матери тетрадный лист с нарисованным графиком логарифмической функции, высчитанной им самостоятельно. «Ты ведь сказала, что логарифм двойки — 0,301. Значит, логарифм пяти — это логарифм десяти минус логарифм два и так далее», — объяснил мальчик. Родители ахнули.
Чуть позже Наталья показала сыну таблицы Брадиса. Паша пролистал их и заявил, что это ему не нужно — он помнит значения логарифмов основных чисел и в уме комбинирует их с любыми другими.
Быстрый старт
Ребёнка нужно было отправлять в первый класс, но устроить сына в математическую школу родители не сумели. Ему пришлось идти в обычную, среднюю, в которой Паша Коноплёв сразу превратился в двоечника. Мальчику, высчитывающему логарифмы, было совершенно неинтересно писать крючочки вместо букв и цифр, поэтому он либо читал под партой книжки, либо «ловил ворон» на уроках.
Чтобы изменить ситуацию с обучением, родители отвели Пашу к психологу, но не к простому, а, как бы сказали сегодня, к «продвинутому» специалисту. Ребёнка протестировали по мало кому известной тогда в СССР методике измерения коэффициента интеллекта. Оказалось, что у Паши Коноплёва ай-кью 142. При этом у самого известного физика-теоретика Альберта Эйнштейна, по некоторым данным, этот показатель составлял 160.
С этим документом родители вундеркинда обратились в школу. Им предложили перевод в четвёртый класс, но с условием, что сначала Паша напишет итоговые контрольные по основным предметам за первые три года обучения. Мальчик успешно выполнил все задания и начал обучение с детьми старше себя. Теперь ему в классе было интереснее. Но его пытливый ум постоянно требовал реализации. Даже дома Коноплёв переводил с английского, писал музыку, сочинял стихи, а главное — что-то постоянно вычислял. Однажды мать взяла его на премьеру кинофильма Андрея Тарковского «Сталкер». И во время просмотра одной сцены он по звуку падения камня в колодец мысленно высчитал его глубину.
Признанный гений
Как-то Паша начал сочинять фантастический рассказ о полёте на Плутон. Наталья, подхватив нить сюжета, заявила, что там должно быть темно. На этой планете солнце светит как 15-свечная лампочка. Но ребёнок засомневался в таких данных и произвёл свои вычисления. Он показал их родителям, но те были не сильны в астрономии, поэтому не смогли оценить результаты. Тогда отец отнёс тетрадь с расчётами одному из преподавателей Государственного астрономического института имени П. К. Штернберга. И судьба Павлика резко изменилась. Теперь он занимался при институте, у него появилось «взрослое» задание — сделать вычисления на основании наблюдений переменных звёзд в созвездии Змееносца. Через пять лет, когда Павлу Коноплёву стукнуло 15, в журнале Академии наук СССР «Переменные звёзды» он опубликовал свою научную работу «Исследование V1076 и V1077 Знаменосца».
В этом же возрасте он окончил школу и поступил на факультет вычислительной математики и кибернетики МГУ. В 19 лет Коноплёв уже учился в аспирантуре и одним из первых в Советском Союзе начал писать программы для отечественного персонального компьютера БК-0010, создавал видеоигры. Даже с учётом того, что в стране назревали перелом и экономический хаос, перспективы у одарённого юноши были блестящие.
Срыв в безумие
По каким-то причинам жизнерадостный и открытый молодой человек начал страдать эмоциональными срывами. Появились вспышки агрессии, которые сменялись глубокой депрессией. Однажды в таком состоянии Павел порезал себе руки и еле выжил. Знакомые позже вспоминали: чтобы вывести Пашу из приступов отчаяния, достаточно было угостить его конфетой, поговорить по душам. Сегодня в такой ситуации врачи сначала провели бы гормональное исследование организма. Тогда же родители Паши сами положили сына в психиатрическую больницу, где ему поставили диагноз «вялотекущая шизофрения».
Очевидно, неправильно подобранная схема нейролептических препаратов за полгода превратила стройного юношу с гормональными нарушениями в анамнезе в грузного мужчину весом почти 200 кг.
Лекарства должны были купировать депрессию, но вместо этого привели к тотальному безразличию, а физиологически — к массовому образованию тромбов в организме.
Во время ремиссии Павел возвращался домой, затем снова оказывался в психиатрической клинике. Больше он уже не работал. Осенью 2000-го он проходил лечение от ожирения в эндокринологическом отделении 63‑й московской больницы. 17 сентября у мужчины оторвался тромб и закупорил лёгочную артерию. Павел Коноплёв скончался. Математическому гению было всего 29 лет.
