Русский царь Иван Грозный, несмотря на всю свою скрепность и диктаторский нрав, был человеком очень начитанным и интересовался всем, что происходит в мире. Поэтому, когда в 1555 году по Европе пошла слава Нострадамуса с его центуриями и подобные труды добрались до России, Иван Васильевич живо заинтересовался проникновением в будущее. И, естественно, захотел себе своего астролога, собственного.
Находка дипломатов
К счастью для Грозного, как раз в середине 50‑х годов XVI века Россия установила неплохие дружеские связи с Англией. В Лондоне даже находилось посольство Ивана IV, которое немного позже возглавил Андрей Григорьевич Совин. Ему и было поручено найти лекаря для царя. И заодно астролога. Дипломат блестяще справился с этой задачей, добыв сразу и врача, и астролога в одном лице — Элизеуса Бомелиуса. Правда, после изучения биографии этого деятеля возникает вопрос, кто на самом деле кого нашёл.
Элизеус Бомелиус, сын лютеранского проповедника, голландца Генри Бомелиуса, с юности интересовался медициной. И даже переехав в 1558 году в Англию, устроился ухаживать за слабым и больным ребёнком в семью Берти. Видимо, талант к медицине у него действительно был, потому что тот мальчик не только выжил, но и стал известным государственным деятелем Перегрином Берти.
В 1559 году Кэтрин Берти, баронесса Уиллоуби, посодействовала тому, чтобы Бомелиус поступил в Кембридж на отделение медицины. Вместо положенных шести лет студент отучился только пять, после чего женился и стал заниматься в Лондоне врачебной практикой. А в 1569 году его арестовали по обвинению в незаконном оказании медицинских услуг и применении чёрной магии. Тут вновь вмешалась леди Уиллоуби, благодаря чему доктор-недоучка отделался штрафом, который, впрочем, он так и не смог выплатить. Пришлось посидеть в долговой тюрьме до 2 июня 1570 года. Когда он вышел на свободу, ему намекнули, что второй раз попадаться в Англии ему строго противопоказано — могут и ноздри порвать. А тут — так удачно! — русские послы. Хороший шанс для недоучки с уголовным прошлым.
Астролог с расширенными возможностями
Уже к концу лета 1570 года Бомелиус переехал в Россию, где его сразу же переименовали в Елисея Бомелея. Он быстро полюбился Грозному, обретя на него большое влияние. В Псковской летописи за тот год сообщалось, что литовцы и немцы, страшась окончательного разорения от московского царя, подослали к последнему этого «лютого волхва», по чьей воле «на Руских людей царю возложи сверепство, а к Немцам на любовь преложи». Почему именно литовцы и немцы, а не англичане, летописцы не пояснили. Бомелиус, не особо интересующийся пропагандой, исправно служил царю, составляя гороскопы и преподавая ему основы астрологической теории. Он даже скопил небольшой капитал, который частично переправил на свою малую родину в город Везель.
Бомелий научился виртуозно манипулировать подозрительностью царя. Он нашёптывал Грозному имена «заговорщиков» среди бояр, подкрепляя свои доносы «предсказаниями звёзд». Считается, что он стоял за многими казнями эпохи опричнины. Иван Грозный доверял ему полностью и даже советовался с ним по личным и некоторым важным государственным вопросам. Например, обсуждал план своей женитьбы на королеве Елизавете Английской. Но больше всего царю нравилось, как Бомелиус умело управляется с ядами, исправно отправляя к праотцам любого, на кого царь укажет, да ещё и ровно в строго означенное время. Все-таки не зря учился в Кембридже! «Злобный клеветник Бомелий составлял губительное зелье с таким адским искусством, что отравляемый издыхал в назначенную тираном минуту», — писал об этом историк Николай Карамзин. В народе же Бомелиуса прозвали «лютым волхвом».
Маг на вертеле
Клеветником Карамзин Бомелиуса обозвал не просто так. В какой-то момент Бомелиусу наскучило оказывать свои магическо-медицинские услуги, и он начал, как умел, плести различные интриги, в том числе и международные. Вот ей-богу, лучше бы варил яды и медицинские снадобья для своего работодателя. При Грозном нашлись интриганы покруче, и вскоре на Бомелиуса посыпались доносы. В итоге его обвинили «в сношениях письмами, написанными шрифтом по-латински и по-гречески, с королями Польши и Швеции». Фактически в госизмене. Отметим, что британец предпринял попытку к бегству, видимо, через Балтию, но в Пскове его поймали и вернули в Москву.
В 1579 году мага арестовали и подвергли пыткам. Естественно, он признался абсолютно во всём. Иван Грозный и без гнева был страшен, а тут и вовсе приказал зажарить изменника живьём. К тому же незадолго до этого Бомелиус предсказал ему, что вторая жена наследника престола умрёт при родах, а самого царевича Грозный убьёт лично, младший сын Фёдор долго не проживёт: его сгубят бояре, а династия Рюриковичей прервётся и начнётся великая смута. В общем, Бомелиуса действительно зажарили. На вертеле. Как барана. Что характерно, он после такой экзекуции выжил, вероятно, убедив тем самым общественность, что он и впрямь злобный колдун, и его бросили в тюрьму. Только там его мучения и закончились. Вдове бедолаги повезло больше — её отпустили с богом домой, но не сразу, а только в 1584 году. И то лишь после официальной просьбы королевы Елизаветы I. Да и этот жест доброй воли был совершён уже царём Фёдором I.
Чародеи оптом
Однако на этом с астрологами при дворе Грозного покончено не было. Незадолго до смерти их ему вообще доставили оптом. Английский дипломат Джером Горсей, свидетель казни Бомелиуса и прочих мрачных событий тех лет, так описал последние недели жизни монарха:
«Царь в гневе, не зная, на что решиться, приказал доставить с Севера немедленно множество кудесников и колдуний, привести их из того места, где их больше всего, между Холмогорами и Лапландией. Шестьдесят из них было доставлено в Москву, размещены под стражей».
Пленникам ежедневно приносили еду, и, как пишет Горсей, так же ежедневно к ним приходил «царский любимец Богдан Бельский (племянник Малюты Скуратова, занимал при дворе множество должностей, от опричника до сокольничего. — Прим. ред.), который был единственным, кому царь доверял узнавать и доносить ему их ворожбу или предсказания о том, о чём он хотел знать».
Собственно, Бельскому заключённые-волшебники сообщили, что «они предрекают его кончину в определённый день». По некоторым источникам, все колдуны как один назвали дату 18 марта. Бельский, в отличие от Бомелиуса, с подобным докладом идти к царю не решился, но до Грозного это известие всё равно дошло. «Царь, — пишет Горсей, — узнав, впал в ярость и сказал, что очень похоже, что в тот день все они будут сожжены». Здоровье Грозного к тому моменту оставляло желать лучшего. Вообще, после расправы над Бомелиусом он сильно сдал — создавалось впечатление, будто убитый «лютый волхв» умудрился как-то подсыпать ему отраву замедленного действия. К слову, как выяснилось уже в наши дни, Бомелиус лечил царя ртутью, и к 1584 году накопленный эффект превратил Ивана IV в дряхлого старика в возрасте всего 53 лет. Так что «лютый волхв» действительно достал царя из могилы.
Конец тирана
Последний день жизни Ивана Грозного, 18 марта 1584 года, прошёл, согласно запискам Горсея, продуктивно. «В полдень он пересмотрел своё завещание, не думая, впрочем, о смерти, т. к. его много раз околдовывали, но каждый раз чары спадали, однако на этот раз дьявол не помог, — сообщает англичанин. — Он приказал главному из своих врачей и аптекарей приготовить всё необходимое для его развлечения и ванны. Желая узнать о предзнаменовании созвездий, он вновь послал к колдуньям своего любимца». Бельский сообщил арестантам, что «царь велит зарыть их или сжечь живьём за их ложные предсказания: день наступил, а он в полном здравии, как никогда». На что узники резонно заметили, что «день окончится, только когда сядет солнце».
Грозный тем временем принимал ванну поистине по царски: зашёл в купальню около трёх пополудни, а вылез уже ближе к семи, «хорошо освежённый». Его перенесли в другую комнату, куда он приказал принести шахматы. «Он разместил около себя своих слуг, своего главного любимца и Бориса Фёдоровича Годунова, а также других, — продолжает Горсей. — Царь был одет в распахнутый халат, полотняную рубаху и чулки; он вдруг ослабел и повалился навзничь. Произошло большое замешательство и крик… Тем временем царя охватил приступ удушья, и он окоченел».
То есть колдуны не ошиблись. Однако конец их был ужасен. По сути, их профессионализм их и погубил. Хотя пророчество сбылось, окружение царя (и в первую очередь Борис Годунов, ставший фактическим правителем) увидело в этом не просто предсказание, а своего рода «наведение порчи» или колдовство, приблизившее смерть монарха. Горсей пишет, что после кончины Грозного волхвы были сожжены на кострах. В те времена считалось, что если предсказание о смерти сбывается, то предсказатель сам мог быть виновником этой смерти через магические ритуалы. Ну а «новый режим» при слабом Фёдоре Иоанновиче и хитром Годунове начал дистанцироваться от чернокнижия, демонстрируя приверженность традиционным, так сказать, ценностям. Что, однако, всё равно не спасло от предсказанной Бомелиусом Смуты.
