Свадьба на Руси была не просто семейным праздником, а тщательно разыгранным обрядом, где каждому участнику отводилась своя магическая роль. Среди гостей были те, чьи имена сегодня звучат как заклинания. Их могли не пригласить, но всегда очень ждали. А если они не приходили, свадьбу могли и вовсе отложить. Кем же были эти странные гости и почему без них обряд терял силу?
Званые гости и незваные
Свадьба на Руси была праздником многолюдным, но каждый гость занимал строго определённое место, которое называлось чином. Это была не просто формальность. Чем больше людей приходило разделить радость, тем больше счастья, по поверьям, выпадало молодым. Самыми почётными фигурами были тысяцкий, дружка и свахи. Тысяцкий, часто крёстный отец или уважаемый родственник жениха, возглавлял свадебный поезд и часто много тратился, например, платил за свечи. Дружка, которого сегодня назвали бы тамадой, распоряжался обрядом, вёл переговоры с роднёй невесты и оберегал молодых от порчи. А свахи следили за невестой и скрепляли союз между семьями.
Интересно, что гости не просто приходили с подарками. Они должны были выкупить право войти в дом, где праздновали свадьбу. Подруги невесты требовали плату за вход, и дружке приходилось с ними торговаться. Даже жених, подъезжая к деревне невесты, платил «околичное» — дань за въезд, которую мог потребовать любой местный житель. Так что свадьба была ещё и чередой шуточных, но обязательных выкупов. И эта традиция, к слову, дошла до наших дней.
Ещё одна любопытная деталь: невеста должна была громко плакать. Слёзы считались не признаком горя, а оберегом. Чем громче она голосила, чем больше слёз проливала, тем сильнее защищала себя от сглаза и порчи. А гостей, пришедших на пир, одаривали пряниками и орехами — их разбрасывали по избе, и детвора с азартом собирала угощение. Это тоже был своего рода обряд: чем больше сладостей разлетится, тем слаще будет жизнь молодых.
Но далеко не все гости были желанными. Незваных гостей называли по-разному, и в этих прозвищах слышалась насмешка пополам с опаской. Закутянами звали тех, кто сидел в углу за печкой, околичниками — тех, кто стоял у околицы деревни, а захребетниками — дармоедов и приживальщиков. Их появление могло быть истолковано двояко. С одной стороны, незваный гость — всегда риск: вдруг он сглазит или что-нибудь украдёт. С другой — считалось, что, если такого человека хорошо принять и накормить, он заберёт с собой часть бед и наговоров, которые могли обрушиться на молодую семью.
Пучеглазник как громоотвод
Чуть ли не самыми странными гостями на русских свадьбах были пучеглазники. Так на Севере — в Вологодской, Костромской, Архангельской губерниях — называли незваных гостей, которые приходили на свадьбу просто поглазеть. В словаре это слово стоит в одном ряду с «глядельщиками» и «смотрельщиками». Их не приглашали. Они приходили сами.
Зачем? Чтобы поглазеть, поесть на халяву, а иногда и прихватить что-нибудь с собой. Но со свадьбы их выгонять не спешили. Считалось, что пучеглазник, если его накормить и приветить, становится своего рода громоотводом. Его завистливый взгляд, который в обычной ситуации мог сглазить молодых, терял свою силу, потому что он получал угощение. В некоторых деревнях такого гостя даже специально сажали на самое почётное место, ведь пучеглазник, которого встретили с честью, уже не мог навредить.
Заместница как щит для невесты
В северных губерниях, особенно в Архангельской и Олонецкой, существовал обычай, который сегодня кажется почти театральным. Заместницей называли ближайшую родственницу или подругу невесты, которая неотлучно находилась при ней во время свадебных торжеств. Она сопровождала невесту к венцу, помогала ей, а главное — как бы замещала её в тех ситуациях, когда невеста не могла или не должна была присутствовать лично.
Зачем была нужна заместница? Невеста на свадьбе считалась особенно уязвимой для сглаза, порчи и злых сил. Её нельзя было оставлять одну, нельзя было показывать чужим людям её лицо. Заместница не отходила от невесты, отвечала на вопросы, принимала поздравления, когда невеста уставала. Она даже ела и пила вместо невесты. По сути, это была ритуальная дублёрша, живой щит. В более поздних записях заместницу иногда называли приставницей — от слова «приставленная», то есть та, кто приставлен для надзора и охраны.
Приглашение для умерших родителей
Если невеста или жених потеряли родителей, проводился ритуал «сиротской свадьбы». Обряд начинался с того, что невеста-сирота шла на кладбище — в свадебном убранстве, с венком на голове, в сопровождении подруги или крёстной матери. Она приходила на могилу умершего родителя и звала его на свадьбу. Женщины в смоленских деревнях рассказывали: «Ишла нявеста на магильник, звала матку или батьку… приглашала матку или батьку на свадьбу». Сирота причитала, голосила, просила благословения. Плач на кладбище был не проявлением горя, а ритуальной речью, особой формой общения с умершими.
Считалось, что после этого родитель незримо присутствует на свадьбе. Его приглашали не для того, чтобы он помешал торжеству, а для того, чтобы он дал своё благословение. Без этого брак мог оказаться несчастливым. В некоторых традициях умершего родителя даже символически замещал кто-то из живых родственников — ритуальный заместитель садился на почётное место и от имени покойного благословлял молодых.
Медведь как пугало для нечисти
Медведя в славянской традиции издавна связывали с брачной символикой. Например, бездетная женщина, чтобы иметь детей, должна была сплясать с медведем. Поэтому ряженный в вывернутый тулуп, изображающий медведя, на свадьбе выполнял двоякую роль.
С одной стороны, медведь веселил гостей, плясал, устраивал представления. С другой — он отгонял от молодых нечистую силу. Народная вера гласила: медведь — животное чистое, злые духи не могут принимать его облик. Поэтому ряженный медведем становился своеобразным оберегом, защищая жениха и невесту от порчи и происков нечисти.
Ряженые и скоморохи
Медведь был не единственным ряженым на свадьбе. На торжество, особенно в северных губерниях, приходили целые процессии ряженых. Коза, конь, журавль, шиликун — эти персонажи разыгрывали сценки и пели корильные песни. Коза символизировала плодородие, конь — силу и удачу, журавль — мудрость. Шиликун, персонаж святочного ряжения, был связан с нечистой силой и появлялся, чтобы её же и отогнать.
Особенно на свадьбе были рады скоморохам. Они располагались на печи или у входа, в тех частях дома, которые были связаны с потусторонним миром. Скоморох играл величальные песни молодым, но мог и «корить» гостей — высмеивать их жадность, глупость, спесь. Смех, согласно народным представлениям, обладал защитной силой. Скоморох, который выставлял порок на осмеяние, словно обезвреживал всё плохое, с чем могут столкнуться в будущем молодожёны.
Букет невесты и другие свадебные приметы: что они значат
По народным поверьям, судьбу брака решает не любовь, а букет, погода и пара туфель без шнурков
Как «активировать» свадьбу с помощью брачных ритуалов из соцсетей
Рассказываем, что предпринять, чтобы поскорее услышать марш Мендельсона
Нищие — святые гости
Ещё одна категория необычных гостей на русских свадьбах — нищие. Считалось, что подаяние им приносит удачу и очищает от грехов. Древнерусские князья и цари вплоть до 18 века устраивали во время свадеб специальные столы для нищих. В Шенкурском уезде Архангельской губернии существовал даже особый промысел — «нищенство на свадьбу»: бедняки приходили на торжество и получали милостыню.
Отказать нищему на свадьбе считалось большим грехом. Его присутствие, как и присутствие пучеглазника, воспринималось как проверка щедрости и милосердия. Если нищий уходил ни с чем, это могло навлечь на молодых бедность. Если же его принимали с честью — он уносил с собой проклятия и дурные пожелания, которые могли бы обрушиться на новую семью.
Колдун как гарантия от сглаза
На свадьбу мог прийти и тот, кого боялись больше всех, — колдун. В Пермской губернии говорили: «При всякой свадьбе необходим колдун, который бы сберегал молодых от всякой порчи». Но тот же колдун мог быть и источником опасности. Считалось, что, если его не пригласить или обидеть, он мог испортить свадьбу: наслать бесплодие, разлад, болезнь.
Поэтому с колдунами старались не ссориться. Их одаривали, угощали, сажали на лучшее место. В некоторых местах колдун выступал в роли дружки — главного распорядителя свадьбы, который произносил заклинания, защищая свадебный поезд от злых сил.
Спустя века заместницу называют свидетельницей, а ряженного медведем — свадебным аниматором. Умерших родителей помянут тостом, нищим подадут у храма. Обряды ушли, но вопросы остались. Кого пускать в свою жизнь, а кого держать на расстоянии? Кому доверять защиту, а кто сам нуждается в ней? И как не перепутать гостя, который отведёт беду, с тем, кто её принесёт?
Комментарии
ГостьВойти или Зарегистрироваться