Императрица Екатерина II оставила после себя не только государственные реформы и великолепные дворцы, но и рукопись, которую её потомки пытались уничтожить. В своих мемуарах она рассказала о романе с придворным красавцем, который, возможно, был настоящим отцом её сына Павла. Почему же три поколения русских монархов хранили эти записки под замком и сжигали каждую найденную копию?
Как появились мемуары
Екатерина II обожала заниматься литературным трудом, придумывала пьесы для своего Эрмитажного театра и с удовольствием переписывалась со многими выдающимися умами Европы: с Вольтером, Дени Дидро, Фридрихом Гриммом. «Записки» она создала на французском языке, и это была художественно обработанная автобиография, написанием которой императрица занималась все свои последние годы, примерно после 1783 года.
Мемуары охватили период с 1744 по 1785, в них Екатерина II рассказала про свою юность, приезд в Россию, брак с Петром III и первые годы жизни в Петербурге. Возможно, в этих рукописях императрица хотела оправдаться перед сыном и остальным потомством, объясняя свои поступки и цели, которые достигала в самые сложные моменты жизни.
Какой эпизод вызвал скандал
Самая скандальная часть мемуаров касалась рождения наследника престола Павла Петровича. Императрица подробно описала свой роман с камергером Сергеем Салтыковым и призналась, что уступила его ухаживаниям после долгого сопротивления.
«Он был прекрасен, как день. И по рождению, и по многим другим качествам это был кавалер выдающийся», — отметила она, рассказывая о Салтыкове. Их связь длилась с 1752 по 1754 год. Только в этот период жизни у великой княгини наступили беременности, но две первые закончились выкидышами, а потом она родила сына Павла. Брак с Петром III к тому моменту уже давно стал формальностью. Наследник престола почти не обращал внимания на жену и предпочитал играть в солдатики.
Любовная связь с камергером описана в мемуарах Екатерины II ярко и талантливо. Историк Евгений Анисимов отмечал, что сцена объяснения Салтыкова в любви не уступает отрывкам из европейских романов.
Что сказано о происхождении Павла
Прямого признания, что дворянин Сергей Салтыков — настоящий отец её сына Павла, в мемуарах императрицы нет. Но она умело создала в тексте пространство для сомнений, рассказала, что долгие годы брак с Петром III оставался бездетным, потому что супруг не посещал ей спальню.
Если бы императрица в тексте назвала Салтыкова отцом Павла, то это означало бы разрыв с династией Романовых. Право на российский престол у немецкой принцессы основывалось только на том, что она — мать наследника. Однако слухи о настоящем отце Павла и раньше ходили по Петербургу, а тут в документе царственной рукой были описаны яркие однозначные намёки.
В 1774 году в письме к светлейшему князю Григорию Потёмкину Екатерина II призналась, что инициатором её связи «на стороне» была сама императрица Елизавета Петровна. Та страстно желала наследника и велела придворным подобрать для супруги племянника молодого и здорового красавца. Тогда и появился при дворе Сергей Салтыков.
Почему монарх испугался мемуаров
После смерти Екатерины II в 1796 году императором России стал Павел I. Он первым увидел рукопись матери и вместе с мемуарами нашёл письмо Алексея Орлова об убийстве Петра III. Прочитав его, Павел перекрестился и сказал: «Слава Богу, наконец, я вижу, что мать моя не убийца».
Однако сами «Записки» императрицы повергли Павла в ужас. В них ставилась под сомнение вся его собственная легитимность. Если Павел — сын Салтыкова, а не Петра III, то никаких прав на Российский трон у него нет. Император немедленно засекретил мемуары, но снял одну копию — для своего друга детства князя Александра Куракина.
Царский гнев
Следующие монархи продолжили дело Павла I. Александр I и Николай I хранили «Записки» под грифом особой секретности. Николай I, прочитав «Записки», стал называть свою давно скончавшуюся бабушку «чёрной женщиной», также он считал, что она «позорит род».
Когда историк Александр Тургенев проговорился Николаю I, что знает содержание мемуаров Екатерины II, император пришёл в ярость. Он выяснил, что князь Куракин в прошлом давал многим своим приятелям почитать копию «Записок» Екатерины II, переданных ему Павлом I. Теперь через тайных советников монарх разыскал все найденные списки, у кого-то выкупил, другим приказал отдать, а затем собственноручно сжёг их. И ни один наследник престола не мог ознакомиться с рукописью императрицы до самого своего коронования.
Клубничное проклятие: как тиара сгубила королевскую династию Гессен
Бриллиантовая диадема пережила авиакатастрофу без единой царапины — а её владельцы гибли один за другим больше века
Царь-миротворец под знаком Рыб: Александр III и тайна его правления
Он оставил Россию более великой, чем получил
И Пушкин знал
Несмотря на строжайший запрет, копии «Записок» ходили по рукам. Многие дворяне сделали себе списки с того документа, которым когда-то владел князь Куракин. В конце 1823 или в начале 1824 года, во время своей ссылки в Одессу с этим любопытным документом ознакомился Александр Пушкин. Он нашёл экземпляр в библиотеке графа Воронцова и быстро переписал его себе. Поэт знал, что император запретил кому бы то ни было знакомиться с «позорным» документом. Сам факт обладания им сулил хозяину немало проблем, но Пушкин любил рисковать.
Когда Николай I узнал, что копия мемуаров есть даже у Пушкина, он был взбешён и приказал изъять её. Но это был уже 1837 год, вскоре поэт погиб, после чего рукопись окольными путями оказалась в руках императора.
Что сделал Герцен
Настоящий скандал разразился в 1859 году. Писатель и публицист Александр Герцен напечатал значительную часть «Записок» Екатерины II в своей лондонской типографии. Он прекрасно знал, какой чувствительный удар наносит по российской монархии и в предисловии документа написал: «Вся преемственность царского рода разрушается. Не только происхождение его от Романовых опровергнуто, но даже связь с Голштинской династией прерывается сыном».
Герцен умело вписал признания императрицы в полемический контекст своей публицистики и нанёс удар по одному из самых больных мест российского самодержавия — мифу о гармоничной патриархальной семейственности. Публикация вызвала фурор по всей Европе, мемуары перевели на несколько европейских языков.
В России текст был запрещён, иметь его считалось вольнодумством. Полностью «Записки» Екатерины II стали доступны русскому читателю лишь в начале 20 века, их опубликовала Императорская Академия. Когда академик Александр Пыпин готовил материал к изданию, он написал, что записки императрицы представляют «драгоценный памятник, замечательный и по историческому содержанию, и по глубокому психологическому интересу».
Своими литературными откровениями Екатерина II поставила под сомнение законность всей династии Романовых. Если Павел — не сын Петра III, то и все последующие цари не имели прав на российский престол. Династический кризис, который императрица создала своими записками, был страшнее любых политических интриг. Но российская общественность ознакомилась с этой информацией слишком поздно, когда самодержавие под гнётом истории уже оказалось у своего логического конца.
Комментарии
ГостьВойти или Зарегистрироваться